У страха глаза велики - январь 2009 г.

Материал из Википедия страховании
Версия от 11:29, 21 января 2017; Синицына (обсуждение | вклад)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск

Персоналии: Григорьев А.В., Ломакин-Румянцев И.В.

Организации: AIG, Ингосстрах, ФССН


В конце прошлого года руководитель ФССН Илья Ломакин-Румянцев, генеральный директор «Ингосстраха» Александр Григорьев и «Бизнес-журнал» обсудили ситуацию, складывающуюся на рынке страхования. Больше всего главу Росстрахнадзора Илью Ломакина-Румянцева волнует сегодня вопрос: как российские страховщики готовятся к кризису и смогут ли с ним справиться. Ведь главные проблемы отрасли, судя по всему, еще впереди.

Илья Ломакин-Румянцев: Помните, в 90-х за душой у многих страховщиков был «воздух», принимавший порой весьма экзотические очертания. Попадались, например, страховые компании, уставные капиталы которых формировались из запчастей самолетов. Но в последние годы ведущие игроки рынка распрощались с таким подходом. При этом около трех сотен игроков покинули рынок, не сумев подтвердить, что их капитал наполнен реальными активами. В целом страховщики подошли к кризису почти очистившимися от схем и финансово благопристойными компаниями, обладающими достаточным объемом собственных активов, то есть способными принимать на себя реальные обязательства перед клиентами.

Это и преимущество, и уязвимость. Если бы рынок был таким, как в 90-е, он практически не заметил бы никакого кризиса. Теперь же все иначе. Структура активов, находящихся в распоряжении страховых компаний, весьма разнородна. Значительный их объем представлен депозитными вкладами, долговыми займами, средствами на счетах банков, акциями, дебиторской задолженностью по операциям страхования и перестрахования. Первые проблемы в связи с кризисом, как известно, возникли с акциями: этот актив упал в цене в среднем на 70–75%. Значительные проблемы возникли в отдельных страховых компаниях и с депозитными вкладами. ФССН немедленно запросила данные об активах шестнадцати самых крупных компаний, на долю которых приходится 50% активов и, по-хорошему, 80% страхового рынка. Стало ясно, что первый удар, который страховые компании приняли на себя наряду со всеми остальными участниками финансовых рынков, оказался для них не смертельным.

«Бизнес-журнал»: А что дальше?

И.Л.-Р.: По прогнозам независимых аналитиков, спрос на классические страховые услуги в 2009 году снизится на 7,5%.

Федеральный закон о гос.заказе — бомба замедленного действия! Как компания с капиталом в три копейки сможет гарантировать выполнение госзаказа на миллиарды? Да и убыточность по таким видам страхования неизвестна! Придет к страховщику честный подрядчик, отвечающий за постройку объектов в Сочи, которого горе-строители «кинули», а эта страховая компания не сможет возместить ущерб. В итоге по-страдает Олимпиада. А это уже государственные интересы!

Александр Григорьев: А мы прогнозируем сокращение рынка на 20-30%. Может быть, уложимся в 10-15%. Локомотивом развития страхового рынка в последние три года выступал банковский канал. Прирост премий происходил прежде всего благодаря авто-страхованию, ипотеке и залоговому страхованию. Новых же кредитов, а значит, и новых страховых полисов в 2009 году не будет. Даже из кредитных полисов на следующий год возобновлялись только 75-80%. Наконец, все сегодня сокращают бюджеты. А страхование не является высшим приоритетом ни в одной компании, ни в одной семье.

В компаниях главные приоритеты — зарплата, аренда, ключевые проекты. В семье — дети, питание, содержание квартиры. В итоге расходы на страхование будут «резать». Сейчас активно обсуждаются «ножницы Кудрина». А на нашем рынке — просто «ножницы».

В такой ситуации у некоторых игроков появляется соблазн демпинговать — предложить необоснованные тарифы и, не создавая резервов, строить «пирамиду». Но рано или поздно настанет день, когда деньги на счетах закончатся, а документы на выплаты по убыткам будут ждать подписи на столе. Так начинается кризис ликвидности в конкретной страховой компании. На эту тему у меня есть грустная профессиональная шутка: банк всегда знает, когда ему настанет конец, и может подготовиться, а страховая компания может долго оттягивать конец, но никогда не знает, когда он наступит. И.Л.-Р.: У нас тоже есть опасение, что ряд компаний поведет себя неадекватно. В борьбе с падением объемов премий кто-то будет пытаться переманивать клиентов лучшим сервисом и размещать рекламу, но большинство увлечется самым простым способом — снизит тарифы. Это неплохо по тем видам страхования, где убыточность ниже, чем в Европе. Но во многих видах страхования мы уже вышли на среднемировые параметры, так что дальнейшее снижение тарифов означает демпинг.

Когда за компанией (например, «дочкой» крупного западного страховщика, стремящейся завоевать место под солнцем) стоит большой капитал, она может резко снизить цены на свои полисы и таким образом завоевывать клиентскую базу. Что в такой ситуации делать конкурирующей компании, не склонной к демпингу? Рано или поздно она, скорее всего, тоже пойдет по этому самоубийственному пути. Так на рынке окажутся уже два игрока, продающих полисы по одинаковым ценам. Затем к ним присоединятся третий, четвертый…

А.Г.: Демпинг — самое страшное, что ждет страховой рынок в 2009 году. Безответственные игроки, пытаясь удержать свою шатающуюся «пирамиду», будут делать все, лишь бы получить последний кэш и покинуть рынок — в любом формате.

И.Л.-Р.: Кроме того, уже происходит безудержное наращивание расходов на комиссионные, которые выплачиваются агентам и различным посредникам. «Перебивая» предложение других компаний, отдельные страховщики, живущие даже не сегодняшним днем, а… я вообще не могу понять, какими соображениями они руководствуются, «задирают» комиссионные и используют скрытые формы поощрения агентов. Боюсь, нас ждет возвращение к различного рода финансовым схемам. Правда, за прошедшие годы налоговые и правоохранительные органы многому научились в области страхования, так что подобные попытки быстро пресекут.

А.Г.: В России же люди очень умные! Агенты таких схем напридумывают — никогда не догадаетесь! Кстати, именно поэтому ни аналитический отдел, ни отдел сопровождения страховой деятельности мы не сократим ни в коем случае. Во время кризиса мошенничества всегда становится больше.

«БЖ»: А поможет ли кризис нормализовать отношения страховщиков с посредниками?

А.Г.: Вы об авто-дилерах? Самые острые проблемы в этом сегменте возникли два-три года назад, когда дилеры сообразили, что стали хозяевами положения: «Ты кто, банк? Я тебя к себе в салон не пущу, если не будешь платить мне комиссию. А ты кто, страховщик? Тебя тоже не пущу и не буду продавать твои полисы, если не заплатишь комиссию и не поднимешь стоимость норма-часа. А еще лучше — переводить нормы-часы в рубли. Вот тогда поработаем».

Мы по такому пути не пошли. Достаточно было того, что банковские комиссии целиком пропадали в этой «черной дыре». От банков дилеры требовали гигантских комиссий — до 40%. Это вообще безумие! Применительно к страховщикам на таких условиях у «Рено» можно было бы отремонтировать пол-двери в год. Мы торговались, ругались, договаривались. Но жизнь все расставила по своим местам. «Лидеры», согласившиеся на эти условия, получили миллиардную убыточность по авто-страхованию. А «Ингосстрах» закончил 2007 год с прибылью. Ха-ха!

Теперь ситуация изменилась на 180 градусов. Из каких средств дилер погашал кредиты и получал прибыль? Правильно, с продажи автомобилей и запчастей. Но попробуйте сейчас найти хотя бы один салон, в котором стоят очереди. Единственным источником ликвидности для дилера стал ремонт. А основной ремонт ему даем мы, страховщики.

«БЖ»: В Америке власти позволили утонуть нескольким крупнейшим банкам, но спасли страховую компанию AIG от банкротства.

А.Г.: А у нас нет даже стратегии развития страхового рынка. Президент встречается с промышленниками, металлургами, нефтяниками, банкирами. С нами же никто не встречается, поскольку у нас якобы все в порядке. Но все еще впереди — нас «накроет» летом следующего года.

В страховании убытки капают понемножку, но каждый день. Убыточность накапливается, так что результатом совершенно точно станут отзывы лицензий. Главная опасность для страхового рынка — даже не сохранность резервов, а именно демпинг и безответственные действия отдельных игроков, которые попытаются «выйти в кэш». По нашим прогнозам, из восьмисот компаний через три года останется штук триста.

Этот кризис уже называют «кризисом доверия». Доверие лучше всего обеспечивает авансовый платеж наличными. Но если такого платежа нет, за участниками сделок должны стоять серьезные гаранты. Поручители.

Вот только хотелось бы, чтобы гарант сам по себе был больше, чем тот, чьи обязательства он гарантирует. Ну как компания «Пупкин и сыновья», созданная позавчера, может стать гарантом по обязательствам «Норильского никеля»?

И.Л.-Р.: Росстрахнадзор таких прогнозов по рынку в целом не делал, но могу сказать, что, например, около трех десятков страховщиков ОСАГО находится в очень опасной зоне. Трудно будет и кэптивным компаниям, если возникнут проблемы у их владельцев — основных клиентов. Помимо того, в зону риска попадут и страховщики, которые специализируются на страховании ответственности, а также те, кто сделал ставку на страхование автомобилей, приобретаемых в кредит, и слишком активно использовал банковские каналы сбыта. Говорить, сколько таких страховщиков исчезнет — двести, триста, пока трудно. Но согласен: счет явно пойдет не на десятки компаний.

А.Г.: Здесь есть один очень важный момент. Ко мне из наших филиалов приходят вопросы: «Александр Валерьевич, у нас что, настолько плохи дела, что мы вынуждены сокращать персонал?» Я отвечаю: не у нас дела плохи, а на рынке будет плохо. И только плохой менеджер не понимает простой истины: если все прогнозы обещают дождь, лучше взять с собой зонтик. Когда польет, метаться и искать зонт будет поздно. Кризис на страховом рынке еще впереди. И готовиться нужно сейчас.

«БЖ»: В каких сегментах рынка страхования возникнут трудности? Может быть, благодаря кризису появятся новые продукты?

И.Л.-Р.: Скорее всего, снизятся продажи продуктов, реализуемых в содружестве с банками…

А.Г.: А этого канала уже нет в прошлом представлении.

И.Л.-Р.: Достаточно взять в руки прогноз по любой не страховой отрасли и понять, как изменится ситуация в этом виде страхования. Уменьшится объем нового строительства? Значит, сократится объем страхования строительно-монтажных рисков, недвижимости. А вот какие виды страхования смогут подняться — хороший вопрос. Сейчас в правительстве очень серьезно обсуждают необходимость повысить роль страховщиков в обеспечении обязательств исполнителей госзаказа. Вот только многие компании пока бегут от этого вида страхования как черт от ладана.

А.Г.: Мы в том числе! Это не страхование.

И.Л.-Р.: Этот кризис уже называют «кризисом доверия». Доверие лучше всего обеспечивает авансовый платеж наличными. Но если такого платежа нет, за участниками сделок должны стоять серьезные гаранты. Поручители. Вот только хотелось бы, чтобы гарант сам по себе был больше, чем тот, чьи обязательства он гарантирует. Ну как компания «Пупкин и сыновья», созданная позавчера, может стать гарантом по обязательствам «Норильского никеля»?

А.Г.: А мы говорим на всех уровнях, что федеральный закон о госзаказе — это бомба замедленного действия! Как компания с капиталом в три копейки сможет гарантировать выполнение госзаказа на миллиарды? Государство обманывает себя, полагая, что защитило собственные интересы при строительстве дорог, в возведении сочинских олимпийских объектов… Ведь убыточность по таким видам страхования неизвестна! Придет к страховщику честный подрядчик, отвечающий за постройку объектов в Сочи, которого горе-строители «кинули», а эта страховая компания не сможет возместить ущерб, потому что у нее на счету три копейки. В итоге пострадает Олимпиада. А это уже государственные интересы. И еще мы идеологически не принимаем страхования кредитных рисков. Одно дело — страховать предприятие от удара молнии, другое — от того, что его руководство куда-то дело все деньги. Мы настаиваем, что это не страхование. Кредитные риски должны закрываться банковскими гарантиями.

И.Л.-Р.: (спокойно): Или банковскими гарантиями, которые, в соответствии с Гражданским кодексом, могут давать страховые компании. Или страховыми продуктами, которые эквивалентны банковским гарантиям, а именно — договором страхования ответственности. В договоре страхования ответственности предусматривается право страховщика на регресс…

А.Г.: А в законе о госзаказе не предусматривается!

И.Л.-Р.: Значит, надо менять федеральный закон и модернизировать страховой продукт.

«БЖ»: Сейчас поругаетесь?

И.Л.-Р.: Да нет, зачем же! Я согласен, что страхование ответственности пока что — этакий ящик Пандоры. Однажды его уже открыли, когда застраховали ответственность строительных организаций по всему миру и налетели на «асбестовые» риски. Асбест оказался вредным для здоровья, и на страховые компании посыпались убытки.

А.Г.: Мы платим до сих пор…

И.Л.-Р.: Кто-то платит, а многие не платят. Потому что их самих уже нет. Страхование ответственности — плохо изученная, а в России еще и плохо изложенная на уровне законодательства сфера. От патернализма, когда государство отвечало за всё, мы перешли к новой системе, когда каждый отвечает по своим обязательствам. А финансовой основы — не создали. И когда наступает неприятная обязанность, выясняется: отвечать, по большому счету, нечем и некому.

«БЖ»: И как лечить эту болезнь? Может быть, изменить нормы, требования?

И.Л.-Р.: Вот вам пример. Все мы люди, у каждого есть индивидуальная температура. Считается, что человек здоров, когда у него температура в районе 36,6, а заболевает, если 37,2. Предположим, произошла эпидемия — заболели все. А вы предлагаете: давайте нормой считать 37,5, и — все мы в один миг снова станем здоровыми! Альтернативная точка зрения заключается в выработке стандартной технологии лечения индивидуальных заболеваний. Человек остается дома, к нему приходит врач, делает уколы, назначает диагностику, определяет тактику лечения. Если же начинается эпидемия, можно объявить карантин. Вот этим мы сейчас и занимаемся: огораживаем страховщиков от увлечения недобросовестными методами. Чтобы не занимались демпингом и всем тем, о чем я говорил.

А.Г.: Дорогой Илья Вадимович, так ведь страховые компании вам «нарисуют» любую отчетность!

И.Л.-Р.: Им же хуже. Это самоуспокоение, а не лечение. В 2000-х годах я часто рисовал картинку из школьной задачки про бассейн с двумя трубами: по одной вода поступает, из другой выливается. Это страховые премии и выплаты. Есть «уровень воды» — резервы. В 90-е годы у страховых компаний практически не было реальных активов, и завтрашними премиями они покрывали вчерашние обязательства. Вместо бассейна получалась пирамида.

За годы экономического роста мы с рынком старались поднять реальный «уровень воды» до требуемой высоты, чтобы можно было «купаться». Многие это сделали. Некоторые — нет, «нарисовав» уровень воды. Это терпимо, когда объем поступающих премий выше объема вчерашних обязательств. Но если вода вытекает быстрее, чем поступает, бассейн очень скоро пересыхает. И желающие в нем поплавать начинают вас бить.

Пора менять технологию лечения. Бесполезно каждый день измерять температуру в страховых компаниях и сообщать им, что они опять болеют.

Они сами в курсе. Лучше, если, согласовать все необходимые процедуры, ФССН начнет отслеживать, как страховщики реализуют программы своего финансового оздоровления.

«БЖ»: Может, крепким игрокам в таких условиях самое время покупать слабых?

А.Г.: Летом предложения «купите нас» приходили в среднем раз в неделю — в основном от региональных компаний, хотя и московские попадались.

Сейчас (почему-то всегда по вторникам!) в утренней почте я нахожу уже по пять-семь таких писем. Разве что отправители уверены: их бизнес стоит очень дорого.

Поэтому в настоящий момент мы не будем никого покупать. Через год акционеры этих компаний получат гораздо более реалистичное представление о стоимости своих структур. Жестоко? Зато честно.


Бизнес-журнал № 1, 2009 г.

Обзор страхового рынка 2009 г.

Личные инструменты
Пространства имён
Варианты
Действия
Навигация
Основные статьи
Участие
Инструменты
Печать/экспорт